Задать вопрос
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности.
5 перформансов, которые помогут понять современное искусство
Рассказываем о работах, раскрывающих ключевые идеи и границы современного искусства
5 перформансов, которые помогут понять современное искусство
Рассказываем о работах, раскрывающих ключевые идеи и границы современного искусства
Перформанс — жанр, который шокирует, провоцирует, исцеляет, а иногда и вовсе стирает границу между автором и зрителем. В преддверии запуска программы «Перформативные практики» под кураторством Марии Антонян разбираемся, какие художники решали эти задачи наиболее радикально — и как они это делали (спойлер: смотрели в глаза незнакомцам, позволяли себя резать и притворялись собакой).
Марина Абрамович, «В присутствии художника»
Фото: Артхив
В 2010 году сербская художница 736 часов и 30 минут просидела за столом в Нью-Йоркском музее современного искусства, позволяя каждому желающему садиться напротив и смотреть ей в глаза. «Многие… несли в себе столько боли, что я мгновенно видела ее и чувствовала. Я стала для них зеркалом их собственных эмоций. Один огромный ангел ада с татуировками уставился на меня свирепо, но спустя десять минут разревелся и стал стонать, как дитя малое», — вспоминала потом Абрамович. Кульминацией перформанса стала встреча Марины с Улаем — бывшим возлюбленным акционистки, с которым она не виделась 22 года.
В чем суть: обнаружить, как стирается граница между художником и зрителем. Заметить, как влияет на человека присутствие Другого.
В чем суть: обнаружить, как стирается граница между художником и зрителем. Заметить, как влияет на человека присутствие Другого.
Крис Берден, «Выстрел»
Фото: mediiia
Художники-перформансисты часто используют собственное тело для выражения своих идей. Хеппенинг Криса Бердена в этом смысле считается одним из самых радикальных — и в то же время прямолинейных. В 1971 году американский концептуалист встал у стены в картинной галерее, позволив ассистенту выстрелить ему в руку из винтовки с расстояния пяти метров. После он прокомментировал акцию: «У меня было интуитивное чувство, что быть подстреленным — это так же по-американски, как есть яблочный пирог. Мы видим перестрелки по телевизору, мы читаем о них в газетах. Все задаются вопросом, на что это похоже. Так я и сделал это».
В чем суть: привлечь внимание к обыденности насилия. Подчеркнуть безумие войны, поместив акт стрельбы в подчеркнуто обыденные обстоятельства.
В чем суть: привлечь внимание к обыденности насилия. Подчеркнуть безумие войны, поместив акт стрельбы в подчеркнуто обыденные обстоятельства.
Йоко Оно, «Отрежь кусок»
Фото: Артхив
Еще один перформанс, исследующий телесность. Художница неподвижно сидела на сцене, предлагая зрителям ножницами отрезать кусочки от ее платья. Под конец, когда от одежды мало что осталось, люди начали резать нижнее белье и волосы Йоко. Сама она при этом оставалась максимально пассивной и безучастной — критики впоследствии отмечали, что это было «скорее изнасилование, чем искусство перформанса».
В чем суть: исследовать проблему гендерного насилия и объективации женского тела. Превратить зрителя в соавтора.
В чем суть: исследовать проблему гендерного насилия и объективации женского тела. Превратить зрителя в соавтора.
Йозеф Бойс, «Койот: я люблю Америку и Америка любит меня»
Фото: wikiart
Немецкий художник-постмодернист трое суток провел в комнате с диким койотом. Перформанс проходил в галерее Рене Блока в Манхэттене — туда Бойса доставили на носилках «скорой помощи» прямиком с самолета. Все эти дни художник пытался установить контакт с животным: изображал пастуха, завернувшись в войлочное одеяло, проигрывал запись шума турбин на магнитофоне, жестикулировал тростью. В итоге койот позволил себя обнять — а Бойс улетел обратно в Германию, причем в аэропорт его везла та же «скорая помощь». Он объяснил это так: «Я хотел изолировать себя, оградить себя, не увидеть ничего в Америке, кроме койота».
В чем суть: понять, возможен ли диалог между противоположностями — человеком и природой, европейскими колонизаторами и коренными народами Америки (койот выступает как символ Дикого Запада).
В чем суть: понять, возможен ли диалог между противоположностями — человеком и природой, европейскими колонизаторами и коренными народами Америки (койот выступает как символ Дикого Запада).
Олег Кулик, «Бешеный пес, или Последнее табу, охраняемое одиноким Цербером»
Фото: livejournal
25 ноября 1995 года из галереи Гельмана на Малой Якиманке на четвереньках выбежал обнаженный художник. Его вел на цепи другой акционист — Александр Бренер. В течение семи минут Кулик вел себя, как собака: рычал и лаял, кидался на прохожих и машины, пытался кусать людей и лизать им ботинки. Реакция прессы была однозначной: хеппенинг восприняли как критику «голодных 90-х» и «дикого капитализма». Сам Кулик изначально задумывал акцию как завершение своей творческой карьеры — однако она оказалась настолько успешной, что стала основой для целой серии работ «Зоофрения». Художник изображал собаку в перформансах «Человек с политическим лицом», «Собачий дом», «Я кусаю Америку, Америка кусает меня» (прямая отсылка к Йозефу Бойсу!).
В чем суть: разрушить границу между человеком и животным. Обнажить скрытую агрессию общества.
В чем суть: разрушить границу между человеком и животным. Обнажить скрытую агрессию общества.
Рехина Хосе Галиндо, «Кто сможет стереть следы?»
Фото: OpenSpace.ru
Гватемальская художница Рехина Хосе Галиндо работает с темами политического насилия, памяти и женского тела как поля борьбы. В перформансе «Кто сможет стереть следы?» (2003) она прошла босиком по улицам Гватемалы, окуная ноги в человеческую кровь и оставляя за собой следы — маршрут повторял путь к президентскому дворцу в день, когда в выборах участвовал Эфраин Риос Монтт. Акция была приурочена к попытке бывшего диктатора вновь прийти к власти (во время его режима в стране происходили репрессии). Перформанс не был символическим, а стал прямой реакцией на конкретное политическое событие и конкретную фигуру.
В чем суть: напомнить, что преступления прошлого не исчезают сами собой. Кровавые следы — это метафора памяти, которую невозможно стереть ни политическими решениями, ни временем.
В чем суть: напомнить, что преступления прошлого не исчезают сами собой. Кровавые следы — это метафора памяти, которую невозможно стереть ни политическими решениями, ни временем.
Йингмей Дуань, «Воплощение природы в Брауншвейге»
Фото: Buro
В проекте Embodying Nature in Braunschweig (2011) китайская художница медленно и почти незаметно взаимодействовала с природной средой: повторяла формы растений, камней, воды, подстраивалась под ритмы ветра и ландшафта, иногда буквально растворяясь в пространстве. Йингмей Дуань сработала в противоположность многим акционистам, которые строят свои проекты на шоке, боли или открытом конфликте. Здесь же зрителю нужно было время, чтобы заметить присутствие художницы. Дуань будто отказалась от роли автора и центра происходящего: не пыталась подчинить себе среду, а искала способ сосуществовать с ней на равных. И такой подход можно читать как реакцию на антропоцентричное мышление, в котором человек всегда стоит над природой и использует ее как ресурс или декорацию.
В чем суть: исследовать границу между человеком и окружающей средой через растворение, а не через столкновение. Показать альтернативную модель взаимодействия — не контроля, а внимательного присутствия и со-настройки с миром вокруг.
В чем суть: исследовать границу между человеком и окружающей средой через растворение, а не через столкновение. Показать альтернативную модель взаимодействия — не контроля, а внимательного присутствия и со-настройки с миром вокруг.
Чтобы узнать больше о самых провокационных, смелых и неоднозначных перформансах, изучить историю жанра и понять, как придумать, организовать и презентовать собственный хеппенинг, присоединяйтесь к курсу «Перформативные практики».