Фигура (#5) Ильи Кабакова

Иллюстратор «Мурзилки», который открыл миру советскую коммуналку
Фигура (#5) Ильи Кабакова
Иллюстратор «Мурзилки», который открыл миру советскую коммуналку
Пятый выпуск рубрики посвящен Илье Кабакову. Двадцать лет он рисовал зайчиков и грибочки для «Мурзилки» и «Веселых картинок», а по вечерам уходил в чердачную мастерскую на Сретенском бульваре и создавал искусство, которое нельзя было показать. В статье рассказываем, как книжный график стал самым известным постсоветским художником, что такое тотальная инсталляция и почему вокруг его имени сложился миф о подпольном диссиденте, который сам Кабаков опровергал.

Эвакуация, Самарканд и «Мурзилка»

Илья Кабаков родился в СССР в 1933 году в семье слесаря и бухгалтера. Когда в 1941 году началась Великая Отечественная война, ему было семь лет, и они с матерью уехали в эвакуацию в Самарканд. Туда же вывезли Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина вместе с художественной школой при нем.

Петр Клепиков, «Старый Самарканд», 1947. Источник: История России в фотографиях

Художником он становиться не собирался и рисовал не лучше других детей, но одна забавная ситуация все изменила. Вместе со своим одноклассником Кабаков залез в здание, где разместился институт, и разглядывал студенческие работы — это были изображения голых натурщиц. Его застала сотрудница и спросила, рисует ли он сам. Кабаков ответил, что рисует, и на следующий день принес три небольших картинки в приемную комиссию. Их он нарисовал за один вечер на тетрадных листах, но этого оказалось достаточно, чтобы его приняли в школу при институте.

Илья Кабаков, 1959. Источник

После войны семья вернулась в Москву, а в 1951 году Кабаков поступил на графический факультет Суриковского института. Работа нашлась еще во время учебы: с 1956 года он иллюстрировал детские книги для издательства «ДЕТГИЗ» (позже — «Детская литература») и журналы «Малыш», «Мурзилка» и «Веселые картинки». Со стороны все выглядело как обычная советская карьера, но у Кабакова была и другая, вторая жизнь.

Иллюстрации к книге «Зернышко» Ирины Токмаковой, 1964.

Источник: Государственная Третьяковская галерея

Чердак на Сретенском бульваре

Вторая жизнь художника проходила в мастерской под крышей дома на Сретенском бульваре. В 1960—1970-е вокруг этой мастерской сложился круг неофициальных художников, в который входили Эрик Булатов, Олег Васильев, Виктор Пивоваров и другие. Мастерская была одновременно местом для философских бесед и светским салоном, где собирались друзья и коллеги.

Олег Васильев, Эрик Булатов, Илья Кабаков,

Эдуард Гороховский в мастерской Ильи Кабакова. 1980-е.

Источник: The Art Newspaper Russia

Здесь же в середине 1970-х Кабаков создал знаменитую серию альбомов «Десять персонажей». Их герои — обитатели коммунальной квартиры, а история каждого рассказана с помощью рисунков и текстов. Например, один из альбомов называется «Вшкафусидящий Примаков».

Лист из альбома «Вшкафусидящий Примаков», 1971. Источник: kabakov.squarespace.com

В этих альбомах Кабаков нашел героя, который останется с ним на всю жизнь: «маленького человека», которого давит система, но у которого есть свои идеалы и свое самосознание. Во многом это типичный гоголевский герой — и в нем Кабаков узнавал самого себя.

Автопортрет, 1962. Источник: Государственная Третьяковская галерея

Со временем его работы стали слишком острыми для официальной системы. Тогда Кабаков придумал вымышленных художников и стал работать под их именами. Один из них был официальным соцреалистом, которому заказывали картины с цветущими колхозами и новыми городами. Так Кабаков научился делать искусство от лица людей, которых не существует, и позже сделал из этого метод.

Без названия, 1968. Источник: MoMA

Реальная жизнь советского человека была мной осознана как нереальная. Я чувствовал себя в ней так же, как «нечеловек», лишенный реальности.

Источник: Кабаков И. «60−70-е… Записки о неофициальной жизни в Москве», 2008.
Эта дистанция стала для Кабакова главным способом смотреть на жизнь. Он вспоминал, что чувствовал себя сразу и наблюдателем, и пациентом: видел советскую реальность со стороны и в то же время жил внутри нее.

Выставка-инсталляция «Десять персонажей» в Третьяковской галерее на Крымском валу, 2003. Источник: RAAN, Сеть архивов российского искусства

Пригласительный билет на выставку. Источник: RAAN, Сеть архивов российского искусства

Картины, в которых много слов

Параллельно с книгами и альбомами Кабаков писал картины, которые со временем стали такими же говорящими, как его графика. Они напоминали доски объявлений и таблицы из ЖЭКа, жилищной конторы, которая управляла бытом советских людей.

«Летайте табуретками!», 1987. Источник: MacDougall Arts Ltd

Главным на таких картинах стали слова. В «Ответах экспериментальной группы» (1970−1971) на гладкой плоскости закреплены игрушечный паровозик, палка, вешалка и гвоздь, а рядом записаны комментарии придуманных участников опроса. Их как будто спросили, что означает этот набор предметов, и каждый объясняет его по-своему.

С конца 1970-х Кабаков создавал и картины в духе соцреализма с плакатными названиями вроде «Здравствуй, утро нашей Родины!» или «Следующая станция — Тараканово». Однако со временем его творчеству стало тесно на плоскости — и Кабаков начал думать о создании нового жанра.

Триптих «Здравствуй, утро нашей Родины!», 1981. Источник: АНО «Искусство»

Комната, из которой улетели

В 1982 году Кабаков придумал работу «Человек, улетевший в космос из своей комнаты». Это тесная комнатушка в советской коммуналке: стены оклеены агитационными плакатами и чертежами, посередине висит катапульта из пружин и перекладины, а в потолке зияет дыра. Хозяина в комнате нет: он вылетел. О том, что побег готовили всерьез, говорят вещи в комнате: макет квартала с линией старта на крыше, чертежи катапульты и картина, на которой ракета взлетает с Красной площади.

Инсталляция «Человек, улетевший в космос из своей комнаты», 1985. Источник: Государственная Третьяковская галерея

Сюжет этой работы обычно читают как историю о детской мечте стать космонавтом и о желании вырваться из советской реальности, знакомом и самому Кабакову.

Такие работы художник назвал тотальными инсталляциями. Внутри них зритель оказывается участником истории: он на время становится «жильцом» иллюзорного мира, пространства, созданного художником и его воображением. Термин прижился, а в неофициальной Москве 1970−1980-х именно Кабаков был главным автором таких произведений-высказываний.

Илья Кабаков в своей мастерской. Москва, 1982. Источник: Государственная Третьяковская галерея

Отъезд на Запад

До 1985 года работы Кабакова почти не выходили за пределы московского круга. Все изменилось, когда их впервые показали на Западе, в Кунстхалле Берна (Швейцария). Вскоре, в конце 1980-х, художник уехал из СССР: сначала в Австрию, а потом в США. Уже там, в 1988 году, нью-йоркская галерея Ronald Feldman показала «Человека, улетевшего в космос» зрителям, которые никогда не видели советскую коммуналку изнутри.

На Западе Кабаков продолжил работать с темой советской жизни, которая была ему хорошо знакома. Например, 1990 году появился «Лабиринт. Альбом моей матери»: темные скрипучие коридоры коммуналки, по которым разворачиваются воспоминания матери Кабакова и фотографии, снятые его дядей.

Инсталляция «Лабиринт. Альбом моей матери», 1990. Источник: Государственная Третьяковская галерея

Эскиз инсталляции «Лабиринт. Альбом моей матери», 1990. Источник: kabakov.squarespace.com

К самым известным инсталляциям этих лет относится «Туалет», показанный на documenta IX в Касселе (Германия) в 1992 году. Снаружи он выглядел как обычная советская уборная, но внутри это была уютная жилая комната. Идея снова связана с матерью Кабакова: пока сын учился в Москве, ей приходилось ночевать в неиспользуемом туалете школы, где она работала.

Инсталляция «Туалет», 1992. Источник: Государственная Третьяковская галерея

Эмилия Кабакова и мировое признание

За тридцать с лишним лет Кабаков сделал больше 150 инсталляций, некоторые из которых показывали на Венецианской биеннале, в нью-йоркском музее Гуггенхайма, на американской выставке Whitney Biennial и в Третьяковской галерее в Москве. Соавтором всех его работ этого периода была жена Эмилия.

Эмилия и Илья Кабаковы, 2008. Источник: Культура. РФ

Она родилась в 1945 году, изучала испанский язык и литературу в Московском университете и училась в музыкальном училище в Иркутске. В 1973 году Эмилия эмигрировала в Израиль, а в 1975-м переехала в Нью-Йорк, где работала куратором и арт-дилером. С Ильей они были знакомы с детства и встретились снова, когда в конце 1980-х он оказался в Нью-Йорке.

С 1989 года Илья и Эмилия работали в соавторстве, а в 1992 году поженились. Все проекты они подписывали вместе, и в музеях, в том числе в Tate Modern, Эрмитаже и Третьяковской галерее, их показывали как дуэт. Признание тоже пришло к художникам вдвоем: в 1993 году Кабаковы представляли Россию на Венецианской биеннале с инсталляцией «Красный павильон», а в 2008 году получили Императорскую премию Японии (Praemium Imperiale).

Инсталляция «Красный павильон». Венеция (Италия), 1993. Источник: Государственная Третьяковская галерея

Вместе с признанием арт-сообщества пришел и рынок. В 2008 году картина «Жук» (1982) ушла на лондонском аукционе Phillips за 5,8 млн долларов. На тот момент это была самая дорогая работа российского современного искусства, проданная на торгах.

«Жук», 1982. Источник: Very Important Lot

Как вокруг Кабакова сложился миф

Когда Кабаков оказался на Западе, его нередко представляли как героя подполья: советского художника, который годами работал в стол. Сам он такую роль не принимал. Он не участвовал ни в выставке в Манеже 1962 года, где Хрущев разнес художников-авангардистов, ни в «Бульдозерной выставке» 1974 года — показе неофициальных художников под открытым небом, который власти разогнали бульдозерами.

Ящик с мусором, 1981. Источник: Государственная Третьяковская галерея

После отъезда он даже поправлял журналистов, которые называли его диссидентом. Да и биография у него скромнее легенды: двадцать лет официальной работы в детских издательствах, членство в Союзе художников и мастерская, куда приходили друзья и коллеги по неофициальному искусству.

Политический протест в искусстве его вообще не привлекал. Кабаков говорил:

Разговоры о том, что художник должен быть политически ангажированным, толкать кого-то на действия и т. д., для меня абсолютно не понятны. Чем больше ты протестуешь против жизни, тем больше ты в ней увязаешь, это трюизм. Проблема в том, чтобы оставить эту землю и подняться, и идти дальше.

Источник: Артхроника.

Пейзаж с горным озером, 2006. Источник: Государственная Третьяковская галерея

При этом сам Кабаков дал немало материала для мифа о себе. Всю жизнь он придумывал биографии несуществующих людей и даже создавал целые проекты от их лица. Одним из таких проектов стала «Альтернативная история искусств» — ретроспективы трех несуществующих художников, которые показывали в разные годы.

Первый из них — Шарль Розенталь (1896−1933), якобы ученик Шагала и Малевича. Второй — вымышленная версия самого Кабакова, который называл себя учеником Розенталя. Третий — Игорь Спивак. В 2008 году все три ретроспективы показали в «Гараже» — и тогда стало понятно, что за ними стоит один автор.

Шарль Розенталь, «Аукцион», 1927–1928. Источник: Государственная Третьяковская галерея

Что мир унаследовал от Кабакова

Главное в наследии Кабакова — способ говорить о большом через маленькое. Его герои — обычные жильцы коммуналки. Кто-то мечтает о космосе, кто-то сидит в шкафу. Но через такие истории Кабаков показывал, как устроена вся советская жизнь. Коммуналка стала для него ее метафорой: в такой жизни невозможно жить, но и выбраться из нее почти невозможно.

Илья Кабаков умер 27 мая 2023 года в Маттитаке, штат Нью-Йорк. Ему было 89 лет. Фонд Кабаковых назвал его человеком, всю жизнь мечтавшим об утопии.

Кадр из документального фильма «Бедные люди. Кабаковы», 2018. Источник: RAAN, Сеть архивов российского искусства

Фото обложки: The Blueprint